Культпросвет (cultprosvet_mag) wrote,
Культпросвет
cultprosvet_mag

Георгий Свиридов. О литературе ХХ века. («Наш Современник», 2005 № 01)



Хранили многие страницы
Отметку резкую ногтей;
Глаза внимательной девицы
Устремлены на них живей.
Татьяна видит с трепетаньем,
Какою мыслью, замечаньем
Бывал Онегин поражен,
В чем молча соглашался он.
На их полях она встречает
Черты его карандаша.
Везде Онегина душа
Себя невольно выражает
То кратким словом, то крестом,
То вопросительным крючком.

А.С.Пушкин. Евгений Онегин

Завершая короткий цикл по "дневникам" Свиридова, привожу последнюю часть, рассказывающую о его литературных предпочтениях. В принципе, я уже почти перестал  удивляться читая эти дневниковые записи. Хотя мне так и осталось непонятно, откуда у сына простого уездного почтового служащего, бывшего коммунистом и погибшего за революцию, такое социальное высокомерие?

"Горький… Не знаю, в нём, конечно, что-то гениальное есть, но жуткое, грядущий хам какой-то."


Ну, или как можно "уравнивать" пусть даже условно Мана и Солженицына?

"Из русской литературы — Солженицын фигура"

"Томаса Манна я не так ценю. Конечно, замечательно написан «Доктор Фаустус», но тут умствований больше, чем гения"


Или Уэллс с «Человеком-невидимкой» это вообще что? Речь идёт о литературе XX века, или о любимых книгах автора? Справедливости ради Свиридов одновременно использует сразу обе формулировки. Они их не отличает одну от другой? Едва ли, тогда что это? По форме же записей, все же скорее Свиридов пишет о своих книжных предпочтениях. Но я правильно понимаю, что из российских современников автора — только Солженицын и Шаламов достойны упоминания? Ну, и о Ростроповиче, конечно, сильно сказано, но как-то уж больно подворотней отдаёт. А хам — Горький? Вообще, чем дальше, тем удивительнее для меня становится позднесоветская интеллигенция. Что с ней произошло, как так получилось, что это вообще было? Ведь читая воспоминания даже лучших её представителей, все время вспоминается Татьяна в библиотеке Онегина:

И начинает понемногу
Моя Татьяна понимать
Теперь яснее — слава богу —
Того, по ком она вздыхать
Осуждена судьбою властной:
Чудак печальный и опасный,
Созданье ада иль небес,
Сей ангел, сей надменный бес,
Что ж он? Ужели подражанье,
Ничтожный призрак, иль еще
Москвич в Гарольдовом плаще,
Чужих причуд истолкованье,
Слов модных полный лексикон?..
Уж не пародия ли он?

А.С.Пушкин. Евгений Онегин


Георгий Свиридов. О литературе ХХ века. («Наш Современник», 2005 № 01)

"А теперь я хочу записать, какую литературу я любил. О литературе ХХ столетия. Много замечательного в ней было. Почему-то вспоминается «Боги жаждут» — Анатоль Франс. «Боги жаждут» — это потрясающая штука, французская, французским умом, умом острым прослеживается механизм революции, механизмы поведения людей… А в сущности то, что творилось в России, описанию не поддаётся.


А. Франс в Петербурге (1913 год)

Анатоль Франс (1844 — 1924) — французский писатель и литературный критик. Член Французской академии (1896). Лауреат Нобелевской премии по литературе (1921), деньги которой он пожертвовал в пользу голодающих России.



Много, конечно, я интересного прочитал, но я не скажу, что так уж и много. Из русской литературы, конечно, замечателен Блок, думается, вечен.

Поэтов вообще всемирно судить трудно, поэзия дело национальное, и как бы замечательно не перевёл Жуковский «Лесного царя», это все-таки… Гёте, я думаю, немцы лучше чувствуют, чем мы, русские, хотя мы, русские, очень сильно чувствуем чужое, немецкое. Французская поэзия — я бы не сказал, что она и раньше была великой, а стала просто г… А у немцев кроме Шиллера или Гёте были Стефан Георге, Рильке. У Рильке были потрясающие вещи.



Англичане… Олдингтон, Хаксли… (Замечательная вещь Уэллса «Человек-невидимка», что-то в ней есть, от чего оторваться невозможно.) А Бернард Шоу — это вообще ничто. Горький… Не знаю, в нём, конечно, что-то гениальное есть, но жуткое, грядущий хам какой-то. Личность же, конечно, феноменальная в своём роде.
Бунин — да. Изумительный, но это не из породы самого великого.

Какая-то дура написала, что Блок — поэт ХIХ века, нет, это поэт ХХ века и ХХI. Он утонул в революции, первая жертва революции — прекраснодушный и гениальный Блок. Этот человек жаждал весны и света. Он первый погиб. Первый был убит. «Двенадцать» — величайшая вещь. Для всей мировой и русской литературы.



Есенин — тоже невыразимо трагично и прекрасно.

Шолохов. Да, конечно, замечателен. В «Тихом Доне» есть страницы буквально потрясающие.

Из русской литературы — Солженицын фигура. И тем не менее непонятно, о чём он мог говорить с таким человеком, как Ростропович. Это же прохвост. Или (как её фамилия) Вишневская, возлюбленная вечно полупьяного старичка, похожего на Фёдора Палыча Карамазова. Фёдор Палыч Карамазов из ЧК.

Грандиозные вещи есть и у Шаламова.



Человечество без памяти об этом жить не может. ЭТО все замечательные люди.

М. А. Булгаков. Самая замечательная его вещь — это «Собачье сердце», тут есть самое главное противостояние. Роман мне нравится значительно меньше, это всё уже куда тривиальнее, театральное, общечеловеческое. Зачем пересказывать своим языком Евангелие? Правда, он взял с таким тактом, что ему невольно прощаешь. Но всё это хуже, чем его великие произведения, например «Собачье сердце», тут написано просто и честно для нас все, что произошло. Сила, которая губит Россию, русскую мысль — Швондер, вот это царь, а не Воланд. Там — театральная бутафория. А настоящий Воланд — это Швондер.

Россия — православная страна и должна нести надежду, потому что Европа её не имеет. Кнут Гамсун… Великий писатель, «странник, играющий под сурдинку и под осенней звездой», — это гениально просто.


Фото 1 Кнут Гамсун в альпийской резиденции Гитлера Бергхоф Фото 2 Гамсун во время своего визита в Германию. 28 июня 1943 г.

Кнут Гамсун (1859—1952) — норвежский писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе за 1920 год. В 1943 году Гамсун передал свою медаль нобелевского лауреата министру пропаганды Третьего Рейха Геббельсу.

После прихода Гитлера к власти в Германии и во время Второй мировой войны Гамсун, ранее систематически проповедовавший немецкую культуру и выступавший против англосаксонской, встал на сторону нацистов и поддерживал Видкуна Квислинга. Однако, видя все жестокости и преступления коллаборационистского режима Квислинга, писатель разочаровался в нём. Во время своего визита в Германию в 1943 году Гамсун, встретившись с Гитлером, потребовал от него избавить Норвегию от Квислинга и Тербовена, чем привёл фюрера в ярость. После смерти Гитлера Гамсун написал некролог, в котором назвал нацистского лидера «борцом за права народов», хотя близкие отговаривали его от этого шага.

После окончания войны Гамсун был отдан под суд. Он избежал тюремного заключения благодаря преклонному возрасту, однако был оштрафован по гражданскому иску. Позднее он описал судебный процесс в рассказе «По заросшим тропам». Сын писателя Арильд служил военным корреспондентом в специальном пропагандистском взводе, в 1943 г. вошедшем в специальный пропагандистский полк СС «Курт Эггерс».


Потом Луи Фердинанд Селин, «Путешествие на край ночи». Это мне кажется величайшим из французской литературы. Томаса Манна я не так ценю. Конечно, замечательно написан «Доктор Фаустус», но тут умствований больше, чем гения. А вот Фаллада — «Маленький человек — что дальше?» — невозможно читать. Я от сочувствия к немцам плачу от жалости к этому потрясающему народу, который столько принёс в мир прекрасного, столько принёс красоты, ума, гения. Как он бьётся в тенетах и продолжает биться, этот великий народ. Он потерял сейчас всё — искусство, литературу, оккупирован, измучен, распят. Сытая распятость. Ганс Фаллада, «Каждый умирает в одиночку», да это гениальная штука, которую всякий русский человек не может читать без потрясения.

Ганс Фаллада (1893—1947) - немецкий писатель, свидетель подъема и падения Третьего Рейха, автор волшебных сказок и реалистичных романов, сюжетов про нежных ягнят, нахального барсука и хищников в человеческом обличии, испытал нищету, нужду и безработицу, частые переезды из города в город в поисках применения, два обвинения в убийстве, три срока тюрьмы из-за растраты, мошенничества и «неуважения» к режиму, «внутреннюю эмиграцию» во время Второй мировой, уничтожение книг и запрет занятия творчеством, многократное принудительное лечение в психиатрических больницах, наркоманию, алкоголизм, и глубокие депрессии.

Уголовник, казнокрад, убийца, наркоман и пьяница, повторявший не раз «я всего лишь слабый человек», в своих книгах сумел показать десятки тысяч сражений с судьбой. Своих героев и самого себя. Разбившие не одно читательское сердце, книги Ганса Фаллады излучают мудрость, силу и веру в себя. Cпешите читать их. (источник)



Что касается американцев, то они слишком сыты, чтобы создать что-либо великое»

Tags: n, Искусство, Мнение, Свиридов, Цитаты
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments